Бусидо – Путь самурая

Как уникальное сословие самураи были на протяжении всех историй страны восходящего солнца. Изначально самураи были в служении аристократического рода, корни которого лежали в древней национальной иерархии властителей. После эпохи Хэйан самые большие самурайские кланы обрели собственный политический и военный статус, и аристократия уже не могла им противостоять. Несколько сотен лет одни кланы самураев, меняли другие, борясь за титул сёгун.

В основу идеологии самураев легли дзэн-буддизм и вековое учение бусидо, основанное на конфуцианстве. Во главе угла оно ставило полноценное подчинение самурая собственному хозяину. Последнее, не могла означать готовность подчиненных на совершение любых подлостей и злодеяний по слову хозяина. Если для самурая давали заведомо неблагородный приказ, то он должен был смиренным образом стараться переубедить своего хозяина. Могущественная власть самурая определялось доходами от земельных участков. Земельные участки не принимались в качестве реальной собственности самурая, они могли быть с легкостью отняты или отданы иному самураю. От остальных самураи имели отличия в 2-х вещах, в особенной прическе, с лысиной на лбу, с вычесанными назад волосами и носили 2 меча.

Права на ношение малого меча имел каждый совершеннолетний мужчина. До того, как начал править Токугава, самураем мог становиться любой сильный мужчина, даже крестьянин, и городской житель. Определенного разделения между кланами, в то время не было, а честь называться самураем присваивалась князем за военные услуги. Среди самураев часто были «чемпионаты» с наградами, например, первого кто залезет на стену потенциальной крепости или воина, который вступит в бой с врагом. Доподлинно известно, что самураи являются мастерами не просто меча, но и руки. В действительности, многие самураи из серьезных семей получали отличное образование, писали стихи, занимались каллиграфией, и так далее.

О мече в Японской истории и культуре написано много книг. Меч является символом могущественной власти, династии императоров. Также меч являет собой предмет гордости сторонника синтоистского культа, является одним из воспитанных символов устойчивость национальной Японии. Перед тем как начать изготавливать настоящий, классический японский меч, кузнец должен совершить весьма продолжительный ритуал, который походит на русскоязычный. Скорее всего, ни в одной иной стране мира, нет такого развития меча. Как и в остальных районах, находящийся за поясом справа, или уложенный справа от себя меч мог означать доверие к собеседникам, так как, из этого положения меч было сложно приводить в боевое положение. Во время входа в дом большой меч ставился у входа на специальную подставку, и входить внутрь с этим мечом значило серьезное неуважение.

Давать меч кому-нибудь для того чтобы показать, можно только направив эфес к себе, поворачивать меч эфесом к оппоненту значил серьезное неуважение к нему и слабую оценку его боевым способностям, так как, профессиональный мастер мог моментально привести меч в боевое положение. В процессе демонстраций, меч никогда не обнажали полностью, и касаться его можно было только, заблаговременно обмотав ладошку шелком, или бумажным листом. Оголение меча, удар ножнами по ножнам, и тем более бряканье оружием означало вызов, за которым мог следовать удар без какого-либо предупреждения. Как и в Европейских странах, мечам давались свои имена, которые передавались в поколения. Профессиональные японские оружейники порой самостоятельно не клеймили собственные мечи, полагая, что оружие должно само рассказывать о себе. А человек, который не может этого понять, и знать не должен, кто сделал этот мет.

Само по себе слово «меч» часто табуировалось, и, к примеру, «вакидзаси» в буквальном смысле означает воткнутый на боку. Фраза «самурайский» имеет в себе смысл составной части условного наименования национального меча. Все это является привычным моментом для европейца, который понимает под этим значением не только меч конкретной формы, но и «катану», гнутый меч с очень твердым и заостренным лезвием. В Японию мечи этих форм были завезены из КНР, поэтому в японской истории 7-8 веков он имел название «корейский». В Японии этот меч имел название «цуруги». Древний японский меч «цуруги» обладал длинным эфесом, и прямым обоюдоострым лезвием. Носился он за спиной наискось, и обнажался, берясь за эфес сразу двумя руками. В начале 3-го века в восточных странах начали появляться первые такие мечи, заостренные только с определенной стороны. К эфесу этих мечей закреплялся большой элемент для противовеса. Гнутый меч в Японии начинают создавать в эпоху Хэйан, то есть практически одновременно с возникновение обыкновенной сабли в странах ближнего востока. К 12 веку, в Японии с приростом власти и увеличением самурайского сословия гнутый меч, который является личным оружием самурая, всецело вытесняет прямолинейный меч.

Как в европейских, так и в национальных книгах можно наблюдать серьезную путаницу в названиях мечей. Доподлинно известно, что самурай имел в ношении 2 меча, большой и малый. Эта пара имела название «дайсё», и включала в себя «дайто», и «сето». Традиция носить 2 меча окончательно укоренилась в 16-ом веке. Размер лезвий большого меча был больше двух «сяку». Из вышеописанного понятно что, большой японский меч был популярен в странах Европы, как «катана», однако это не совсем так. Катаной назывался большой меч, который носился в ножнах, направлением лезвия вверх, за поясом, и доставался из ножен, оголяясь, движением с верхней части вниз. Этот метод ношения меча имеет место в 15-16 веках, и приживается, как самый удобный. До этих времен фразой «катана» означался заткнутый за пояс удлиненный кинжал или небольшой меч, а большой меч имел название «тати».

Тати носили на боку на перевязи, которая укреплялась к ножнам, в которых он находился ножом вниз, обнажаясь передвижением с нижней части вверх. Этот метод ношения длинных мечей имел место, когда самураи участвовали в войнах, преимущественным образом, на лошадях, но для пехоты, это было менее удобным моментом. К тому же этика требовала, чтобы во время входа в дом большой меч снимался, а достать меч, многим проще и легче, чем постоянно отцеплять его от перевязи, а затем, привязывать его снова. С начала 15-го века, когда большие мечи носились преимущественным образом за поясом, к ношению мечей на перевязях начали относиться больше как к церемонии. В результате этого, стали возникать «тати» с более красивой отделкой, и более красивого вида. Малый меч, который постоянно носили в ножнах за поясами, имел название «катана» или «танто», когда он носился вместе с «тати». А когда он носился, в паре с большим мечом «катана», он имел название «вакидзаси». Так что название мечей для самураев может отражать, метод их ношения. А доставаемые из ножен разные мечи, какое бы название они не имели, были одинаковой длины и формы. Стандартная длина «дайто» около 120 сантиметров, «сето» около 70 сантиметров. Эфес большого меча рассчитан на 3 кулака, малого на один. Лезвие в ширину у этих мечей, не превышает 3-х сантиметров, плотность спинки не более 5 миллиметров. Лезвие обладает остротой бритвы. Эфес, как правило, обтягивают кожей акулы, или обматывают так, чтобы она не могла скользить в руках. Вес большой меча примерно 4 килограмма. Гарда у этих мечей была маленькой, только чуть-чуть прикрывающей руку, она имела круглую форму, многие экземпляры походили на лепесток или многогранный элемент, и имели название «цуба». «Цуба» малых мечей часто оснащалась вторичными прорезями для укладки его в ножны. Создание «цуб» стало буквальным образом художественным творчеством. Им давались серьезные ажурные формы, они были украшены резьбой или рельефными элементами. Кроме «дайсе», самурай имел право получить в качестве оружия, и «нодати», «полевой меч» с метровым лезвием, и длиной, более метра. Носился такой меч, как правило, за спиной также как «цуруги» или на плече, удерживая рукой. Если не принимать во внимания отличия по длине, объективно «нодати» не имел отличий от «дайто», который, далее мы будем именовать «катана». Самурай на лошади мог удерживать меч «катана» одной рукой, но воин пехоты удерживал меч 2-мя руками, так как, он был очень тяжелым. Классические приемы рабочей техники этим мечом включают в себя большие кругообразные рубящие, и режущие махи. Позже в развивающем процессе национального боевого искусства они были обогащены новыми методиками. Меч «катана» с аналогичным успехом мог и колоть и рубить. Длинный эфес давал возможность активным образом махать мечом. При этой ситуации в виде главного хвата было положение, когда конец эфеса упирался в середину ладошки, а правая рука удерживала ее около гарды. Одновременные движения 2-х рук позволяло описывать мечом большую амплитуду без серьезных усилий.

Как и «катана», прямой рыцарский Европейский меч весят достаточно, но техника выполнения абсолютно разные. Европейский метод, ориентированный на то, чтобы пробить доспехи, предполагает предельное пользование инерцией движения меча и удар с проносом. В японском боевом искусстве самурай ведет меч, а не меч противника. Здесь удар причиняется также с большой силой, и тяжестью всего тела, но не с обыкновенного шага, а с приставного, при котором торс бойца, получая серьезный толчок, устремляется вперед. При этой ситуации, удар наносится фиксированным образом, на определенный уровень, и лезвие держится именно там, где это требуется мастеру, а ударная сила при этом не угасает. И в то время как мастер наносит рубящие движения, по арбузу, который лежит на животе его ученика, или отрезает половинку лимона, который он держит во рту, то при этом доказываются его способности фиксирования удара. И если этот удар не настиг точную цель, то он уже не может тянуть за собой хозяина, как в ситуации с мечом Европы, а предоставляет ему возможности менять направление.

Преимущественное количество ударов должно наноситься в вертикальном положении. Классического в Европе деления на блоки и удары практически нет. Есть очень сильные удары по рукам или оружию оппонента, которые могут отбрасывать его оружие с атакующей линии, и которые дают возможность на последующем шаге наносить ему очень сильный удар. В процессе ведение боя на мечах «катана» преобладает отступление на фронт. Уход с атакующей линии, с повременным ударом, является одной из самых популярных комбинаций. Ведь нужно принимать во внимание, что прямолинейный удар мечом «катана» может порубить почти все, и японские доспехи попросту не рассчитан на то, чтобы сдерживать прямолинейные удары. Бой профессиональных мастеров самурайских мечей трудно назвать боем в европейском понимании этой ситуации, так как, он построен на принципе одного удара.

В «кэндзюцу» же существует бой сердец, когда 2 мастера неподвижным образом сидят и смотрят друг другу в глаза, и в проигрыше оказывается тот, кто первым хватает меч. Секций «кэндзюцу», то есть, Японского боевого искусства на мечах, есть масса и сегодня. Некоторые стараются прибегать к таким приемам, как быстрый уход с атакующей линии, который сопровождается ударом с вертикальной плоскости. Остальные стараются уделять много внимания подставке левой руки под лезвием, и приемам ведения боя, которые проводятся с помощью этой техники, многие стараются практиковать работу 2-мя мечами в одно время, большим в правой руке, малым в левой. Некоторые предпочитают подрезающие удары в горизонтальном положении с обходом вокруг оппонента. Между техниками «кэндзюцу» и «айкидо» масса общего. Можно ударять эфесом, можно схватывать меч на обратную хватку, можно применять во время ближнего боя подножки. Особенностями самурайского меча предусмотрено использования практически всех рабочих техник, с большим клинком.

В 17-ом веке, после коалиции страны под властью «Токугава», имело место тенденции перевоплощения «кэндзюцу» в «кэндо», боевой техники, которая назвается «путь меча». В основу принципов морали «кэндо», положено нравственное личное самосовершенствование. Сегодня, это один из самых известных в Японии видов спорта, в котором применяется уже не полновесное оружие, а его спортивный эквивалент из дерева. Первый раз меч из дерева, с четкими чертами настоящего, был введен легендарным мастером 17-го века Миямото Мусаси. Этот деревянный меч является таким же серьезным оружием, которым по обыкновению может разбить голову человека. Самураи старались хранить «боккэн» в домашних условиях, пряча его у головы. В ситуации с внезапным нападением противника его можно было быстро привести в боевое состояние, обезоружить и повергнуть без какого-либо криминала, просто воспользовавшись им.

Отличительно боевой техники большим японским мечом, боевая техника малым мечом менее популярная. Тут отводиться место и для текущих ударов кистью, которые основываются на аналогичном принципе фиксированности удара, и для взвешенного положения меча, которым обожают пользоваться любители славяно-горицкой борьбы, и частых ударов эфесом в область солнечного сплетения. Разумеется, тут больше ударов в виде тычков, так как, это оружие специализировано для того чтобы вести бой на ближнем расстоянии.

Одним из следований учреждения воинского сословия было формирование специфичного взгляда на мир самураев, «бусидо» поведенческого кодекса самураев в социуме, который являлся сводом правил и нормативов настоящего воина.

Бусидо, изначально переводившееся как «Путь воина», в будущем начало означать «путь самурая». Опуская всякие подробности, бусидо это мораль самурая, добродетельная основа, моральный этический кодекс. Бусидо имело прямое отношение самурая к социуму феодального строя, к людям определенных классов, к государственной власти.

Содержательная основа бусидо выходит за рамки бывших традиций родового сообщества, оно включает в себя разные догмы времен Буддизма и конфуцианства и имеет в собственном основании совершенно новые поведенческие нормы. Все время развиваясь, бусидо стало моральным кодексом воинов, который являлся, основной составляющей частью разных учений в сфере религии, являлось также сферой философских знаний, этической основой. Слившееся воедино, с философией востока, бусидо имело характер практических нравоучений. Самураи считали его методикой усовершенствования психологической и физической гигиены. Бусидо нравственным образом осмысляло философский мир в целом, и было призвано обучить самураев правильно жить в феодальном национальном социуме. Оно могло совмещать в себе теоретическую основу бытия и понимание человеческой психики, помогало разрешать вопросы, связанные с понятием смысла каждого индивидуума, его роли можно наблюдать в бытие, смысле жизни, добре и зле, нравственной ценности и нравственном идеале. Воин, который воспитывался в этом духе, должен был четким образом понимать собственный долг морали, в частности собственные обязанности в отношении сюзерена, должен был сам уметь расценивать собственные действия и деяния, морально судить себя в ситуации с неправильными действиями, нарушениях собственных обязанностей и долгов. Эти моральные самоосуждения влекли за собой, зачастую, самоубийство, которое совершалось по конкретному ритуалу с помощью харакири. В результате этого, самурай мог смыть кровью бесчестие, которое его позорило.

Бусидо, как метод урегулирования воинского поведения, не имело опоры ни на какие-либо определенные учреждения, которые принуждали к соблюдению норм морали и этики, оно имело основу на убежденной силе, общественном мнении, воспитании традиций и силе нравственности определенных лиц, которые были отмечены в истории Японии средних веков. Принципиальные моменты в бусидо не были объединены в четкий список правил, и не излагались ни в одном литературоведческом памятнике феодального времени, но смогли найти собственное отражение в легенде ушедшего времени, рассказывающей о верностях вассала собственному хозяину, о презренном отношении к смерти, мужестве и устойчивости воинов.

Бусидо также не рекомендуется называть учением в непосредственном смысле, это, преимущественным образом, одна из форм самовыражения идеологии феодального строя, её главные положения и принципиальные моменты, которые развивались в историческом понимании, в течение весьма продолжительного времени. Бусидо являет собой особую мораль, которая выработана воинским сословием, которая входила в состав господствующего класса Японии. При этой ситуации бусидо считалось моралью сословия. Бусидо служило исключительно самураям, могло оправдывать все его деяния, и отстаивать его интерес. В четком и вразумительном требовании Бусидо формулируется в классических основах воинского искусства «Дайдодзи Юдзана»

Настоящая храбрость состоит в том, чтобы уметь жить, когда правомерным образом жить, и умирать, когда правомерным образом умирать. К смерти необходимо подходить с ясным пониманием того, что требуется делать воину, и что может уничтожить его достоинство. Необходимо взвешивать каждую фразу, и постоянно спрашивать себя, правда ли то, что ты хочешь сказать. Нужно быть умеренно настроенным в пище, и избегать распущенностей. В повседневных делах важно понимать смысл смерти и хранить это в своем сердце. Необходимо питать уважение к правилу «ствола и веток». Позабыть его означает никогда не постичь добродетелей, а человек, которые пренебрегает этим, не является самураем. Родители, это древесный ствол, дети это его ветки. Самурай должен быть не просто прилежным сыном, но и верным подданным. Он не должен оставлять своего господина даже в той ситуации, если количество вассалов его быть сокращено со 100 до 10 и с 10 до 1-го. Во время войны самурайская верность должна проявляться в том, чтобы без страхов идти в бой, не думая о собственной жизни, если тому велит долг. Преданность, правильность и мужественные чувства, это 3 натуральные добродетели воина. Когда самурай спит, он не должен ложиться ногами по направлению резиденции сюзерена. В направлении господина не следует целиться ни во время стрельбы из лука, ни во время метания копья. В том случае если самурай, находясь в постели, услышал разговор о собственном господине или хочет сказать что-то сам, он должен вставить и одеваться. Сокол не любит насыпанное зерно, даже если погибает от голода, также и самурай, орудуя палочкой для зубов, должен показать, что сыт. Если во время войны самурай проиграл бой, он должен склонить голову, ему необходимо гордо сказать собственное имя и уйти на тот свет с улыбкой без унизительной спешности. Имея смертельную рану, так что никакими средствами невозможно его спасти, самурай должен почтительным образом обратиться с прощальными словами, к старшим и спокойно умереть, подчиняясь неизбежности. Тот, кто обладает, только грубейшей силой не может быть достоин самурайского звания. Не принимая во внимание даже необходимость познания науки, воин должен пользоваться досугом для упражнений в поэтическом смысле и постижении церемонии чаепития.
Возле собственного дома самурай может построить небольшой чайный павильон, в котором необходимо вешать новые картины какемоно, пользоваться скромными чашками, и налакированным керамическим чайником.

Самурайские моральные принципы сформировались в классическом понимании одновременно с системой сёгун, однако основа её была задолго до этих времен. Нитобэ Инадзо старался выделять в виде главных источников бусидо Буддизм и синто, а также учение конфуцианству и Мэн Цзы. И в действительности, буддизм и конфуцианство, которые пришли в страну восходящего солнца из КНР вместе с его культурными ценностями, имели огромный успех у аристократического строя, и быстро набили популярность среди среды самураев. То, чего не хватало воинам в Буддийских канонах и конфуцианстве, в изобилии предоставляло им синто. Одной из важных доктрин, которые бусидо черпало из древней Японской религии, которая представляла собой сочетание природного культа, прародителей, веры в магическую силу, духовное бытие, была любовь ко всему живому, прародителям, к государству. Заимствование из синто, которое было принято Бусидо, было объединено в 2 понятия, патриотизм и верноподданство. В особенности сильное воздействие на бусидо оказал Буддизм направления Махания, который проник в эту страну в 522 году.

Большинство философских истин буддизма более полноценно могли отвечать потребности и интересу самураев. При этом знаменитой сектой буддизма являлась «дзен», служители которой сделали серьезный вклад в развивающее дело бусидо. Общее звучание мировоззрения воинского сословия, с положением дзен Буддизма позволили использовать секту «дзен» в виде религиозной философской основы этического наставления самураев. Так, к примеру, бусидо перенимало из дзен идею строжайшего контроля над собой. Этот контроль и совладение с собой возводились в полновесный ранг добродетели и являлись ценными особенностями самурайского характера. В четкой связи с бусидо находилась также медитация, которая вырабатывала у самурая самоуверенность и хладнокровие перед смертью, которые анализировались как нечто благоприятное и превеликое, как правильное вхождение в небытие. Из конфуцианства самурайская идеология, непосредственно приняла требования о долговой верности, услужливости господину, а также требования, касательно морального усовершенствования человека.

Конфуцианство могло способствовать формированию в самурайской среде и в их идеологии презренных чувств, к производительности, например, к крестьянам. Это взаимоотношение могло оправдывать также безжалостную крестьянскую эксплуатацию изречениями, приписываемыми Конфуцию, «Тот, кто кормиться от народа, вправе управлять им». Аналогичное легло в основу этической и политической философии Мэн Цзы, второго светила конфуцианства, который именовал управленческий принцип властительного класса общим вселенским законом. Так под влиянием синто, Буддизма и конфуцианства сформировались главные принципы этических норм самурая, которые входили в качестве основной части в мораль феодального сообщества, под названием «дакота». В списке основных принципов морали самураев можно выделить, преданность своему господину, услужливость, смелость, честность, простоту и сдержанность, презрения к собственной выгоде и денежным средствам. Опуская всякие подробности, главным в бусидо была преданность сюзерену, с которым буси был во взаимных отношениях покровительства и услужения, и оружейная честь, которая являлась привилегией профессионального воина, а не идея лояльности к монархизму или патриотическому отношению Японии.

Личностный самурайский героизм, жажда совершения подвига и славы не должны были послужить, целью. Всё это подчинялось идеологии правительственного класса более высоких целей, а именно, идее преданности, которая могла покрывать собой все содержания общественной и собственной военной морали. Принцип преданности имел выражение в беззаветном услужении сюзерену и имел в основе положение о верности, почёрпнутое из синто, буддийские убеждения в бренности земли, которые усиливали у самурая дух пожертвования и не опасности смерти, а также, философскую нравственность конфуцианству. Бусидо не учит людей отрекаться от собственных взглядов даже для сюзерена, поэтому в ситуации, когда феодал требует от вассала серьезных действий, которые идут, вразрез с основными убеждениями, тот должен был любыми силами постараться убедить собственного князя не делать поступок, который порочит благородное имя. Если это имело конец неудачей, самурай должен был доказывать искренность собственных слов, прибегнув к самоубийству с помощью харакири. При всех остальных ситуациях бусидо призывает жертвовать всем ради преданности.

В виде одного из примеров, можно привести историю, в которой бывшие верноподданные князю «Митидзанэ», который оказался в немилости сёгуна, выполняют долг преданности в отношении своего господина. Один из самураев жертвует жизнью собственного сына для того чтобы дать жизнь сыну собственного даймё, отдавая ребёнка врагам Митидзанэ, которые стремятся уничтожить род князя.

В нравственном самурайском кодексе эпохи феодализма преимущественное значение придавалось также катакиути, то есть, мести по крови, которая была узаконена в бусидо как вид удовлетворения справедливых чувств. Преданность сюзерену требует обязательного отмщения за оскорбление князя. Конфуций относительно этого заявил следующее, «Обидные чувства надо лечить справедливостью».

Из слова справедливость выходило слово «благородство», которое являлось большой чуткостью справедливых чувств. Благородство, по мнению одного знаменитого буси, это духовная способность принимать определённое решение, по совести, и без колебаний! Уходить на тот свет, если это необходимо, убивать, когда это требует ситуация. Еще один самурай как-то сказал, что без понятия благородства ни таланты, ни наука не смогут выработать характера воина.

Обряд самоубийства неразрывным образом связан и имеет тесное отношение к бусидо, в качестве части моральной основы воинского сословия. Самураи или остальные представители высшего слоя японского социума совершали харакири в ситуации оскорбления их честолюбия, совершения недостойных поступков, в ситуации смерти собственного сюзерена или, когда обряд формировался окончательным образом, по судебному решению, в виде наказания за совершённое деяние. Харакири считалось самурайской привилегией, гордившихся тем, что они могут в свободном понимании распоряжаться собственной жизнью, акцентируя обрядом духовную силу, и обладание с самим собой, презренное отношение к смерти. Разрез живота требовал от воина больших мужественных чувств и выдержки, так как брюхо, является одним из самых высокочувствительных мест на теле человека, сосредоточием массы нервных окончаний. Именно в результате этого самураи, которые считали себя храбрыми, хладнокровными людьми с большой силой воли, старались отдавать предпочтение этому больному и сложному виду смерти.

Если дословно перевести харакири с Японского языка, то это, означает «разрезание живота». Но, само по себе слово «харакири» имеет в себе второй смысл. В языке Японии ему отвечают слова «живот», «дух», «намерение», «тайная мысль», с тем же описанием иероглифов. Согласно буддийской философии, в частности учению «дзен», в виде главного, централизованного жизненного человеческого пункта, и тем самым местоположением жизни анализируется не сердце, а брюхо.

Вместе с этим Японские люди учредили тезис, что жизненная сила, расположенная в животе и занимающая как бы средний меридиан по отношению к телу, может способствовать более уравновешенному и гармоническому развитию всего человеческого. Невзирая на то, что в определенных работах европейских авторов описывались мысли об отождествлении национального понимания духовности, с такими же понятиями у древнегреческих народов, и у древних иудеев, «хара» в японском понимании не считается духовным эквивалентом в понимании Европейских народов. Тут можно вести разговор больше о чувственной и эмоциональной основе. И не случайным образом, в связи с этим в языке Японии, есть масса различных выражений и национальных поговорок, которые имеют отношение именно к «хара».

К примеру, самурай, который призывает иного, быть откровенным в разговорах, использует выражение «хара о ватте ханасимасе», что переводиться как «давайте заведем разговор, деля хара», проще говоря, «давайте разговаривать, с открытыми животами». Характерными являются также такие изречения, типа «харадацу», «харагинатай» и тому подобные. Важным местом японцы считают «искусству живота» под названием «хара гэй».

В смысле этого искусства есть процесс взаимного общения людей на расстоянии вследствие связи на основе интуиции, и понимания друг друга с помощью намёков. В результате этого, живот японцы считают внутренним источником эмоционального бытия, и вскрытие его с помощью харакири может означать открытие собственных сокровенных и четких целей, что является доказательством чистоплотности взгляда и стремления.

Проще говоря, по самурайским понятиям, харакири представляет собой крайнее оправдание себя перед богом и людьми, и оно более символично духовных свойств, чем обычное самоубийство. Рассуждая о харакири как о процессе, который развился и пришедшем к собственному логическому заключению на японской основе, нельзя не принимать во внимание тот факт, что и у многих иных народностей Азии и Сибири могли встречаться раньше обряды, походившие чем-то на Японский обряд харакири. Их можно относить к более ранним временам, что позволяет выдвинуть предположение, что обряд вскрытия живота в ранние времена народной дальневосточной истории имел огромное распространение и был позаимствован древними Японскими народами, которые имели контакты с представителями этой народности. Изначально, необходимо принять во внимание обряд разрезания живота у айнов, который заключался во вскрытии брюха, который был сильно похож на японское харакири. Харакири, часто имело вид пассивности протеста и делалось не из отчаянных понятий, а имело преимущественным образом оттенок пожертвования себя.

У айнов было понятие «экоритохпа», которое означало принесение в жертву инау, или дословно разрезать живот. Инау, по соображениям дальневосточных народов, были посредниками между людским миром, и верховным божеством, земельной и водной стихии, у которых человек молил о счастье и благополучии в жизни, спасении от стихий, и различных несчастий, удачи в охоте и достатке и так далее. Использование инау весьма многообразное. Они использовались в процессе культовых мероприятий, во время жертвоприношения богам, и духам в виде обмена или уплаты за что-нибудь, во время похорон и праздников, инау были в каждом доме на особенном месте. Зачастую, перед применением инау были освещены шаманом.

В этом смысле заслуживают серьезного внимания факты, которые могут сказать о человеческом жертвоприношении в древней Японии. О них существуют исторические упоминания. Как правило, жертвоприношения были описаны богом воды. Существует также информация о людском погребении живыми вокруг императорских могил, в мостовых фундаментах, замков, различных островов и так далее. Эти жертвы имели название «Хито-Басира», то есть, «человек столб».

Многим позже жертвоприношения с использованием человека были изменены. В «Энгисики», к примеру, описывается смещение этих жертв изображениями «Кане Хито Гата» и «Микки-Мари», которые предназначались для богов воды. Это дает возможность предположить, что изначально «пере» считалось актом приношения жертв добровольного характера, в виде чистящей жертвы, или насильственной. Внимательный анализ морского инау, остроконечной палочки, которая бросается дайнами в воду, когда идет буря, в виде жертвы богу воды, наводит на мысль о жертвоприношениях человека в ушедшем прошлом.

Вместе с расцветом национального феодализма Японии, и выделением самурайского сословия в стране стали распространяться учения буддизму, «дзен», или «дзен сю». Если дословно перевести с Японского «дзен» означает погруженность в безмолвное созерцание, овладение разными силами для постижения света. Создателем секты «дзен» является священник Будды Бодхидхарма, который трактовал собственное учение сначала в странах Индии, потом в КНР. Из КНР в Японии дзен-буддизм пришел с 2-мя буддийскими патриархами Эйсай и Доген. В конце 12-го века в Японии уже имели место проповеди.

Следом за признанием представителей правительственных кругов Японского феодализма учение дзен начало стремительными темпами распространяться среди самурайского сословия. Признание дзен сословия войнами было закономерным. До возникновения системы сёгуна воины старались практиковать поклонение Будде Амида. Главная идея этого, или учения этой секты «дзёдо», была крайне простая. Секта «дзёдо» была создана в стране восходящего солнца монахом Будды Хонэн-сёнином в 12-ом веке.

Учение этой религии имело широкую популярность преимущественным образом среди народной массы, которая верила в эпоху возрождения после смерти в рай. «Дзёдо» охватила передовую позицию, среди остальных Буддийских сект в этой стране, и насчитывала более 30 процентов, всех храмов, священников и побратимов. Смысл его заключался в постоянных повторах имени Амида. Для любого человека, по истолкованию монахов «дзёдо», кем бы он ни был, добрым или злым, для того чтобы спасти достаточно было постоянно повторять это молитвенное сочетание. Однако с перевоплощением самурайской религии, в политологическую силу, во времена Камакура и началом его формирования как феодального общественного сословия обыкновенное взывание к Будде Амида, не формирующее в воине ничего, кроме безмолвных чувств и пассивов, стало недостаточным. Самурай настойчивым образом воспитывал в себе силу воли, акцентировал внимание на самоконтроле и хладнокровии, которые очень требовались профессиональным воинам в различных войнах, походах против айнов, войне с аристократической властью Киото, и для усмирения различных восстаний. Вот в эти времена, и появились на сцене проповедники дзен, которые старались доказать, что повременная работа над собственным состоянием, умение выделять суть любых проблем и концентрироваться на ней, несмотря ни на что стремиться к цели, имеют преимущественное значение не просто в монашестве, но и в простой людской жизни.

С этих времен дзен Буддизм явился духовным основанием воинского сословия, численность адептов, которые исповедовали это учение, постоянно увеличивалась. Далее дзен Буддизм постоянно развивался. В исторических особенностях отношений между дзен Буддистами и воинским сословием были начаты при регентах Ходзё в Камакура. Эйсай был первым дзен Буддийским священником, которые не мог думать об успехе в популярности дзен в Киото, где были сильными секты «тэйдай» и «сингон». В Камакура подобных проблемных моментов просто не было, так как воздействие киотского высокого дворянства и удерживаемых им сект на этот город не изливалось, что обуславливало успех дзен Буддизма в самурайской среде дома Тайра и Минамото.

Одной из главных причин, которые привлекали самураев в этом учении, была его классическая ситуация. По четким доктринам «дзен сю», Буддийская истина не может поддаваться передаче в любом виде. Любые исторические пособия или различные комментарии не могут иметь место в раскрытии истины и поэтому являются ложными, а аналитические средства, сравнительные или поэтические, во время комментирования учений порочные. Дзен больше обыкновенного выражения и «хоть скоро будет ограничиваться фразами, то уже утеряет собственные свойства Дзен». Отсюда и исходит главный теоретический тезис дзен Буддизма, что дзен вроде бы не может быть рассмотрено в виде учения, так как четкое мировое познание невозможно. Для достижения желаемых результатов необходима лишь интуиция, которая посредствами созерцания и может приводить к постижению истинного сердца Будды. В результате всего этого, самураю абсолютно не требуется отягощать собственный разум постижением религии.

Однако, невзирая на принципиальные отрицания книг, письменностей, и толкований, «дзен» использовала книги и буддийские тексты для того чтобы пропагандировать учение. Это противоречит положению о четком понимании истинного смысла. В любом случае, самураю требовалось вникнуть в философию дзен Буддизма или самостоятельно, или с помощью школьного наставника, так как любой человек в отдельных случаях, не мог сам улавливать смысл «дзен», не имея о нём представлений. Дзен Буддизм приходился по нраву самураям выработкой у них обладания над самим собой, силы воли, хладнокровия, то есть, качеств, которые требуются для профессионального воина.

Огромным достоинством воина самурая являлось не дрогнуть перед быстро возникшей опасностью и сохранить тут же ясный ум, и трезвые мысли, понимая ответственность своих поступков. С практической точки зрения, самурай должен был, находясь в неотягощённом телесном или духовном состоянии, обладать отличной силой воли, идти прямо на противника, не оглядываясь, для того чтобы его победить. Одновременно с этим дзен учит человека быть в невозмутимом состоянии, и сдерживать себя в любой ситуации. Исповедующий дзен Буддизм должен не принимать во внимание даже оскорблений, что является очень нелегким моментом для представителей благородства. Вместе с самообладанием есть и иное качество, которое присваивается воинам дзен, это безоговорочное подчинение своим военачальникам.

Масса историй и исторических моментов феодальной Японии может рассказать об этих особенностях японских рыцарей средних веков. В одной из старых исторической книге рассказывается о даймё, который вместе один оказался на краю горы, в окружении множества врагов. Не пожелав сдаться в плен на милость победителя, даймё принял решение умереть, как подобает каждому мужественному воину. «За мной!», тихо сказал воин и кинулся в бездну. Остальные самураи быстро последовали примеру господина, ни на минуту не поколебавшись приказу военного начальника.

Такая лёгкость, абсолютное спокойствие и духовная ясность в расставании с жизнью могли быть обусловлены воспитанием системы дзен.

Не тот является воином, кто владеет многими навыками, кто умеет правильно наносить удары, кто победил в мировом чемпионате по кик боксингу. Только тот, кто понимает, что есть вещи серьезнее, чем самооборона, может являться мастером боевого искусства. Стоит ему зайти в помещение, где есть масса людей, как моментально приходит странный покой. Таким же образом он может прикоснуться к чьей-то голове, рукам, пальцам, и этот человек быстро сможет войти в правильное состояние.

Отличного воина может отличать не его внешность, не большие мышцы на руках, не закатанный рукав с открывающимся рядом татуировок, не лысая голова, и не те факты, что он одет в полноценную ги на званом вечере. Мы знаем о войнах по его присутствию и быстрому исцелению, которое он автоматизировано, может даровать любому человеку при встрече. Стоит его энергетике, прикоснуться к вам, вы не чувствуете ничего физиологического, а только внутренние эффекты от соприкосновения, и к вам приходит состояние покоя. Воин смотрит на землю по-иному, как те, кто воинами не считаются. Все, от маленького муравья, до крупного слона, даже самый маленький камень или деревце он считает важным и живым. Он возблагодарит траву за то, что она делает его сложный путь более мягким. Он возблагодарит деревья за тень и насыщение кислородом. Важным является многое, потому что для возникновения тут любой вещи у Земли есть собственные причины. Разумеется, ему также приходится жить в мире современности, водить автомобиль, ходить в магазины, постригать газон. Но при всей этой повседневности, он никогда не может упустить из виду то, кем он является и, что еще важнее, где он находится. Он понимает, что тот, кого он представляет, это не просто результат его усилий, но и нечто наследственное от далеких предков и скопленное с каждой клеточкой его тела. У воина внутри есть всё, вплоть до мелких частичек информации, которая собрана предками. Именно таким образом мы, буквальным образом, живем в сердцах наших детей. И аналогично этому, мы можем передавать наши навыки вместе с бесконечными знаниями, которые собираем с начала своей молодости, нашим чадам.

Мы полагаем, что можем обладать определенным талантом, но воин понимает, что все, чем он обладает, пришло к нему с древности. Он понимает, представляет собой тоже, что и гора, куст, или траву, разница лишь на физиологическом уровне. Он понимает, что он ничего не имеет, и что животный мир свободен, что все животные, сами выбирают его, дабы быть рядом с ним. Он не посещает зоологический магазин, с желанием купить новую собачку, за место этого он отлично понимает, что именно собачка уже смогла выбрать его, и сделать таким образом, чтобы он смог зайти в этот самый магазин и выбрать именно ее. Воин имеет взаимопонимание с землей, он может говорить с животными не только вербальным способом, но и всем своим пониманием. Осознавая, что классическое для всего на этой земле присутствие, это бытие. Он понимает, что на земле есть определенная сила, с которой ему требуется научиться справляться, иначе погибнешь. И энергетика, которой питается воин, очень мощная для соединения с этой силой. Вследствие этого воин может обрести способности к переменам, однако всё это не безвозмездно, поэтому для воина также известным является тот факт, что за все надо платить, в противном случае ты этого не получишь. Вселенная основывается на принципах приема и отдачи, что имеет название «Инь и Янь». На каждый подъем есть спуск, для каждой частички счастья существует собственная печаль и на каждое упитанное брюхо есть голодный желудок. Воин также понимает, что для того, чтобы обрести, надо потерять, поэтому он претерпевает жертвы. Он может жертвовать пищей, приносить в жертву сексуальные инстинкты, свой ежедневный уровень комфорта, и удобства для того чтобы обрести силу к переменам, и способность помочь меняться остальным. Сила воина заключена не в том, чтобы бродить и помогать людям намеренным образом, а в том, чтобы в автоматическом порядке помогать людям в спокойствии. Когда люди смогут успокоиться, то сами смогут разобраться, кто они и где они. Мы все является сыновьями, и дочерьми массы людей, которые передали нам собственные клетки, в которых скрыта информация о сути создания мира и всего, что имело место после. Мастер боевых искусств, это лишь 1/100 того, кем считается воин, это только часть одной целой, то, что дает нам силу и самоуверенность для целительных свойств, и энергетику для перемен.

Воин знает, что у нас нет учителя, но есть проводник, человек, который нам встречается, который может даровать нам что-либо внутреннее, дополнительные компоненты, под воздействием которых мы сами может превратиться в профессиональных учителей. Непосредственным фактом существования проводники могут дать нам возможности для понимания того, что, в самом деле, мы сами считаемся самостоятельными учителями, потому как воин уже знает, что в каждой вещи скрыта определенная начальная клетка, в которой есть информация. Он обучается чтению этой информации, которая может приходить к нему сначала по маленьким долям, а затем в таких объемах, что маленький мозг человека, просто не сможет ее обработать. Он просто-напросто будет отключаться с каждой новой волной информации. Но через определенный период времени он все, же сможет приобрести способности для чтения этих потоков информации. Они могут быть все больше, чем небольшое мгновение. Именно в этот момент воин осознает, что обрел способности для чтения времени. Он обучается иным типам взаимного общения, кроме речи. Он также понимает то, что его физические способности находятся под четким контролем, и ему нет нужды претерпевать переживания относительно этого.

Воин может найти место для себя, на этой земле и остаться там, где сила. И пусть даже весь шар земной будет находиться в стороне, он не будет путешествовать, потому как, он и есть вселенная, а те, которым потребуется воин, будут отправляться на его поиски в определенное время, точно таким же образом, как это делал когда-то он сам, путешествуя по земле в поисках профессиональных проводников. Сегодня уже им придется знать, как обучать себя изнутри, а потом идти на поиски своего места в жизни. Они могут никогда не повстречать друг друга вновь, но воина это не сильно задевает, потому как, он понимает, как поддерживать связи после контактов.

Сила воли является одной из основных черт человеческого характера. Иногда говорят «характер» это и есть сила воли. Это не по случаю, ведь оттого, как в человеке воспитана воля, зависит то, как он может воплощать в жизнь остальные качества. Многие люди утверждают, что для них сила воли не требуется. Эти люди с каким-либо облегчением могут говорить, что не обладают волей. При этой ситуации физическая зарядка и прохладный душ утром, с чистой совестью откладывается на следующий день, или достается следующая сигаретка из пачки или делается что-либо еще, от чего надо было бы отказаться. По всей видимости, такие люди просто лукавые перед остальными, а может даже, и перед самим собой, покрывая собственную слабость. Например, такие люди могут протестовать, если их обзывают слабохарактерными. Обладать характером желает каждый, поэтому весьма правильно начинать совершенствоваться именно с самовоспитания в себе волевых качеств.

Воспитание в себе волевых качеств, это весьма сложный процесс. Ведь это настоящее насилие над собственным темпераментом, вынуждение делать то, что не охота, или обратно, отказ от тех моментов, от которых отказываться не хочется.

С точки зрения специалистов, наилучшим образом является развивать волевые качества, занимаясь физическим спортом. В любом виде спорта все время приходится достигать каких-либо результатов, преодолевая разные физические трудности и собственное, второе «Я». Это то, самое, которое заставляет приобрести еще одну бутылку пива, или пачку сигарет, хотя вы накануне четко для себя решили больше не приобретать. Это, то самое, которое может успокоить вас! Да пуская, не так уж и сложно, прибирать за остальными, хотя вы четко понимаете, что сегодня не ваша очередность, и внутри у вас все закипает. И в этих ситуациях, как и в физическом спорте, вы можете чувствовать и победную радость, и пораженную горечь, будто вы вели соперничество с сильным человеком. И то, как часто вы оказываетесь победителем в этой борьбе, указывает на степень формирования вашей волевой стороны. Те, кто перестает бороться, больше походит на мужа подкаблучника, который вызывает лишь жалость и презренные чувства.

Следует отметить, что занятия видом спорта не должны походить на физическую культуру в школе, 2 раза в 7 дней, дабы только покончить с уроком, а заодно отлично провести это время. Это должно являться не походом в спортивный зал, а правильной тренировкой. Если вы берете коньки, и друзей за компанию, идете на зимний каток и катаетесь там пару часов, это великолепно, это здоровье и благоприятные эмоции. Но это не является спортом, это преимущественным образом активный отдых.

Тренировки начинаются только тогда, когда вы поставите перед собой цель пробежать за 60 минут 10 кругов. При таких подходах в обязательном порядке придет время, когда ваше второе «Я» вскрикнет! «Хватит, я больше не выдержу! Да к чему всё это?!? А вдруг это губительно для организма?!?». Это тот самый момент, который вам требуется! Только в это время, у вас появляется возможность повысить ваши волевые показатели. Сегодня вашим врагом является ваше второе «Я». Взгляните на это так, будто вы проигрываете не соперникам, которых вы никак не можете догнать, а самому себе. И ведите борьбу не с соперником, а с самим собой. Помните, сколько раз вы себя подвели, предали, ненавидьте себя, критикуйте, необходимо подавить ваше второе «Я» любым способом. Если вы сможете устоять, не подавшись ему, вы победили! Вы в выигрыше, даже если вы так и не смогли догнать, того, кто бежит впереди вас.

Если вы смогли победить в схватке с самим собой, вы в обязательном порядке будете чувствовать это. После самой тренировки вы будете чувствовать себе без сил, но при этом будете ощущать всплеск эмоций. Поздравляем вас, тренировку вы прошли, вы стали профессиональнее! Повторимся, что спорт может быть любым, хоть боксом, бадминтоном, танцами, шахматами и так далее. Главное это насыщенность тренировочного режима. Успех придет только в то время, когда каждый тренировочный день доведет вас до грани потенциалов. В конце тренировка должна превратиться в пытку. Любые действия, которые предпринимаются в цели воспитания воли, вы должны осуществлять энергично и в правильном темпе.

Однако если со спортом у вас не очень выходит то, не стоит сильно переживать. Будничные дни предоставляют нам безграничные потенциалы для самостоятельного совершенствования. В любой новый день, первое, что мы встречаем это, звон будильника, который является частью испытания волевых ощущений для преимущественного числа людей. К примеру, наш мозг утром, как правило, отказывается принимать любой разумный довод относительно того, что мы можем опоздать на работу. И только когда мы можем четко задать себя вопрос, относительно свое воли, мы можем встать с кровати. И затем в течение рабочего дня, мы оказываемся в массе аналогичных ситуаций, где вам требуется принимать решение делать что-либо, и каким образом. И, как правило, мы стараемся найти компромисс, принять не то решение, какое нам требуется, а то, которое более простое. Вот тут и требуется напрячь собственную волю, заставить себя сделать что-либо, задуматься. Потому как, никто не будет заставлять вас делать то, что требуется именно вам.

Если вас кто-либо и будет стараться заставить, соответственно он заставляет вас задумываться и делать, так как выгодно для него. Дабы противоборствовать этому, вам опять потребуется напрягать свою волю.

В заключительном моменте статьи, хочется привести одной из правил, которое дает каждому человеку, в любое время, возможность тренировки собственной силу воли.

Это признание самому себе, что тебе в это время наименьшим образом охота делать и сделайте это.

И еще одним немаловажным замечанием является, то что, лучше всего стараться постигать результативность упражнений, которые ориентированы на формирование силы воли. Силы, истраченные в пустоту, могут лишь разрушать способности к волевым усилиям.

Характер не считается четким образованием, он развивается на всем пути пройденной жизни. Анатомические и физиологические задатки, не могут предопределять полноценное становление определенного характера. Признание же относительности характера от таких моментов, как внешность, конституционные особенности тела, дата рожденья, ФИО и тому подобное, приводит к признанию нереального некоторым значительным образом менять и воспитывать характер. Но любая воспитательная практика отрицает тезисы о постоянстве характера и его особенностей, аналогичные ситуации возможны только в случае личностной патологии. Характер, невзирая на собственную разносторонность, является только, одной из сторон, но не всей личностью. Человек может пониматься над собственным характером, может изменять его. Поэтому, когда рассуждают о поведенческих прогнозах, отмечают то, что они имеют некую вероятность и не могут быть абсолютными. Личность может кинуть вызов разной ситуации, и быть другой.

Подробнее о характере.

В дословном переводе с греческого языка «характер» значит чеканка, или печать. В психологических научных аспектах под характером понимается совокупность индивидуальных и своеобразных психологических свойств, которые могут проявляться у личности в стандартных условиях и выражаться в присущих ей методах деятельности в этих ситуациях. Характер, это личностное сочетание значительных свойств человека, которые выражают соотношение его к настоящему. Характер взаимосвязан с иными личностными сторонами, например с нашими навыками. Например, напористость у холерика может выражаться в кипящей деятельности, у флегматика в четком осмыслении. Холерик выполняет работу с большой энергией, вкладывает всего себя, флегматик же неторопливо.

С иной точки зрения, человек с серьезным характером может подавлять определенные неблагоприятные стороны собственного характера, держать под контролем. С характером неразрывно связываются и навыки. Повышенный уровень навыков связывается с такими чертами, как умение вести себя в коллективе, чувство правильно, налаженной связи с коллективом, желание работать во благо, вера в собственные силы и потенциалы, которая соединяется с неудовлетворенностью собственными достижениями, повышенными требованиями к себе, умениями критично относиться к собственными делам.

Триумф способностей связывается с умениями настойчивым образом преодолевать проблемы, не падать духом под воздействием проблем, работать в организованной форме, проявлять энтузиазм. Связи характреа и навыков выражены и в том, что становление таких черт, как трудолюбие, предприимчивость, категоричность, собранность, стойкость, происходит в аналогичной деятельности малыша, в которой могут формироваться и его навыки. К примеру, во время трудовой деятельности, происходит развитие, с одной стороны, способностей к трудолюбию, а со второй, трудолюбия, как черта характера.

Становление характера с течением времени обуславливается, разумеется, и тем, каким он был несколько лет назад. Даже при самых серьезных переменах в жизни темперамент, как правило, все-таки хранит правильное единение, преимущественным образом в общих его особенностях. Но темперамент не считается фатальным предпочтением, хотя он и обуславливается субъективными обстоятельствами жизни человека, но эти, же обстоятельства могут изменяться под действием человеческих поступков. Человек же непосредственно является творцом собственного характера, так как, темперамент укладывается относительно мировоззрения, а также, от убеждений и нравственных привычек, от деловой активности и поступков, и так далее. Самостоятельное воспитание характера предполагает, что человек может высвободиться от лишних самомнений, может критично взглянуть на себя, увидеть собственные минусы. Это дает ему возможность определить рабочую цель, то есть, те особенности характера, которые бы он хотел опустить, или выработать. По всей вероятности, для того, чтобы темперамент не был противоречивым, дабы новые особенности легче могли приживаться, требуется предусмотреть четкую взаимосвязь между новыми и классическими особенностями, их гармонию. Преимущественную помощь в формировании характера могут оказывать более серьезные люди и тут важно выбрать пример, который будет достойным для вас. В Восточных странах говорят! «Если существует ученик, отыщется и учитель». Тут закладывается глубочайший смысл. Ни один учитель не может обучать того, кто не желает обучаться.

Тот, кто желает обучаться, всегда сможет найти того, кто его научит. Человеческий темперамент сформировывается во взаимном действии с иными. Но тот, кто берется за помощь другим, изначально должен сам показать пример стремления к цели, активности, собранности, устойчивости и иных черт темпераменты, которые он должен сформировать у собственных учеников. Тут важно помнить, о механике подражания, которая первым делом распространяется на неблагоприятные поведенческие проявления. Изначально мама, папа, остальные члены семейства, затем воспитатели в школе, одноклассники, учителя и так далее, являются потенциальными учителями. Но, настоящее воздействие на темперамент может быть только при условии референта учителя для ученика.

Пример для подражаний необязательно должен являться настоящим. Это может быть герой кинофильмов, или герой книжки, который отличается своими глубокими принципами, и оригинальной твердостью, профессиональный ученый. Живые образы устойчивых, настоящих темпераментов дает вековая история РФ. К примеру, взять хотя бы М.В. Ломоносова и А.В. Суворова, жизнь которых, представляет собой целую школу воспитания характера. Особенное значение в становлении характера принадлежит классической человеческой деятельности, конструктивное участие в которой может развивать ответственные чувства перед коллективом, способствовать развитию собранности, самообладания. Отличным средством становления характера считается труд.

Стойкими характерами могут обладать люди, которые ставят перед собой серьезные задачи в работе, настойчиво добиваются их решений, преодолевают любые цели, контролируют систематизировано выполнение намеченных целей. Давайте вспомним слова Н. Островского! «Мужество зарождается в войне. Мужество формируется каждый день, в сильном сопротивлении проблемам». Обычным, и в то же время правильным методом становления характера считается занятие физической культурой, которая делает человека более выносливым, мужественным. Занятия спортом предоставляют возможность соревнований, где каждый выкладывается по максимуму в своих силах, проявляет то, на что он способен. Относительно выработанных целей человек может принимать самостоятельные обязательства. Они должны быть посильными и выполнимыми на уровне оптимальных трудностей. Эти обязательства могут быть зафиксированы в программе самостоятельного воспитания, с указанием примерных сроков исполнения.

Если человеку сложно самостоятельно сформулировать эту программу, то на помощь придут его родственники и близкие друзья, но лучше обращаться к профессиональным психологам. Вот эту программа самостоятельного воспитания рекомендована известным психологом Дейлом Карнеги в книге «Как найти друзей и уметь оказывать влияние на людей».

1. Именно в этот день я буду счастливым. Это значит, что я буду использовать слова Авраама Линкольна, который заявил, что «все люди счастливы приблизительно настолько, насколько они наполнены решимостью для счастья». Счастье заключается в нашей душе, оно не представляет собой результат внешних ситуаций.

2. Именно в этот день я буду стараться приспосабливаться к тому моменту жизни, который меня окружает, а не стараться приспособить все к собственным желаниям. Я буду принимать мою семью, мою работу и жизненные обстоятельства теми какими они есть, и буду стараться приспособиться к ним.

3. Именно в этот день я буду заботиться о собственном организме. Я буду делать зарядку, буду ухаживать за собственным телом, буду налаживать режим питания, буду стараться не наносить вреда, собственному здоровью, дабы организм был отличной машиной для исполнения всех требований.

4. Именно в этот день я буду стараться уделять внимание становлению ума. Я буду изучать что-либо полезное. Я не буду лениться, в смысле ума. Я буду читать то, что требует усилий, размышлений и собранности.

5. Именно в этот день я буду заниматься нравственным самостоятельным совершенствованием. Для этого я буду осуществлять 3 дела, сделаю для кого-нибудь что-либо благое, сделаю минимум 2 дела, которые я не хочу делать, просто для упражнений.

6. Именно в этот день, я со всеми буду доброжелательным. Я буду стараться выглядеть наилучшим образом, по возможности буду надевать то, что мне больше подходит, буду говорить тихо, правильно себя вести, буду делать комплименты, буду стараться не высказывать критики.

7. Именно в этот день, я буду жить только сегодняшним днем, не стремившись, к решению проблем собственной жизни сразу. В течение полусуточного времени я буду делать то, что привело бы меня в ужасное состояние, если бы я занимался этим на протяжении всей жизни.

8. Именно в этот день я буду намечать программу собственных дел. Я буду записывать, что я буду делать ежечасно.

9. Именно в этот день я 30 минут буду находиться в покое и полном одиночестве, для полного расслабления.

10. Именно в этот день, я не буду переживать, особенно не буду переживать за свое счастье, буду наслаждаться красотой, любовью и верой, что те, кого я люблю, питают ко мне взаимные чувства.

Одной из благоприятных тонкостей этой программы является акцентирование тех моментов, что темперамент формируется не только в проблемные жизненные моменты, сколько в ежедневной, повседневной деятельности. И тут серьезное значение имеет дневной режим, дисциплина, следование поведенческим нормам. Даже маленькие поступки, если они могут служить добрым делам, не свершаются систематизировано, воспитывают благоприятные черты характера, облагораживают нас.

Тренировки быстро сменили смысл моей жизни. Я стал понимать взаимную связь причин и следствий, и как эта связь оказывает влияние на человека. Тогда боевое искусство для меня стало тропинкой сочувствий и пониманий того, как мы можем помогать друг другу. Только тогда это боевое искусство явилось для меня безупречным инструментарием для развития физиологического и духовного тела одновременно. Я смог подойти к тому времени, что когда я взирал на кого-нибудь, я ощущал, что этот человек, является моей матерью, моим отцом, братом и сестрой. Стивен Сигал Сэнсей

Вступление.

Цель этого боевого искусства это развитие личностных особенности, обретения таких чувств как смелость и искренность. Без искренних чувств нет айкидо, нет благочестия и книги «Будо». Все силы должны направляться, как в боевое искусство, так и в жизнь, на счастье, на радость, любовь и понимание. Айкидо предоставляет возможности задуматься над главными ценностями жизненного понимания, позволяя искренним и смелым чувствам вести к теплу и счастью. О-Сенсей рассуждал, что любовь пресыщает дыханием гармонии, а гармония направляет к радости, радость это уже сокровище.

Вопросы побед и поражений.

Когда мы занимаемся профессиональным видом единоборства, у нас нет необходимости рассуждать о том, какими благоприятными человеческими качествами необходимо обладать, помимо тех, которые могут вести к победе. В этом боевом искусстве, победы или поражение не имеет особого значения. Человек, который тренируется в этом направлении, не имеет отягощения мыслями о победе, потому как, это только один идол, который может сводить к истинному направлению «Будо». Обретение триумфальной победы любыми способами, является главным к чему надо стремиться. Даже если не стараться глядеть вдаль, и искать объяснений позиции боевого искусства в отношении вопроса победы, можно видеть отличительные особенности между профессиональными видами единоборств и боевым искусством. Порой, когда оппонент делает захват, мы можем обнаружить, что мы не двигаемся, кажется, что нас ограничивают в свободе действий. Однако, в самом деле, существует масса путей для выхода. Мы попросту их не знаем, так как стараемся бороться с сопротивлением противника, ограничивая свободу самому себе. Опуская всякие подробности, человеческое состояние того, который занимается этим боевым искусством, должно давать возможности для видения массы путей выхода из разных ситуаций, быть в свободе от сопротивления и агрессивного настроя.

В этом заключается преимущественное отличие учения боевому искусству и философии как «Будо». В профессиональном спорте бывает единственный победитель, в айкидо, любой может стать чемпионом в собственной жизни. Всегда будет тот, кто сильнее, и профессиональнее. Это боевое искусство учит понимать не на того, кто серьезней, настроен, стараясь его повергнуть, а больше видеть самого себя, ежедневно, совершенствуя то, чем ты увлекаешься, как будто не существует больше никого на свете, с кем можно себя сравнивать. У любого человека существует собственный жизненный путь, зачем отягощать себя проблемами, того, чего ты добился, если впереди тебя бескрайность. Не стоит удивляться, что понимание этого боевого искусства дается человеку восточных культур, где акцент устанавливается на самопознании. В европейском взгляде, на жизненные основы, соревновательный дух присутствует почти в каждом аспекте человеческой жизни. В восточных образовательных системах, оценка знаниям может выражаться таким образом» Ты, сегодня ответил лучше, чем недавно, что может дать возможность концентрироваться на собственном совершенствовании, чем быть жертвой различных оценочных стереотипов. У любого человека есть знакомый, который может зарабатывать большее число денег, ездить на более дорогом автомобиле, отдыхать на уникальных курортах, так далее. Следует отметить, что только одни эти мысли, что кто-либо богаче вас, сильнее, имеющий больше счастья, может угнетать подсознание.

Для некоторых, разумеется, это может являться мотивацией для усовершенствования. Найти свой путь является триумфальной победой, которая не может сравниться ни с какой-либо иной победой, это и значит быть чемпионом в собственной жизни.

Великий создатель сказал как-то! Тебе не нужен дом, материальное благо, власть или всемирное уважение, для практики искусства мира. Небо это то, где ты сейчас находишься, и это то самое местоположение, где можно учиться.

Боевое искусство айкидо не вводит каких-либо ограничений для учеников, в массе разных правил. Считается, что в этих правилах нет конкретных требований, так как, ученики приходят на занятия, по собственному желанию и стараются тянуться к достижению конкретных целей в тренировочном процессе.
Можно предположить, что они при помощи наблюдений получают представления о правильных нормах поведения. В этой системе посещения соблюден основной принцип, который заключается в том, чтобы никогда не отвечать отрицательном тому, кто желает заниматься, и никогда не стараться возвращать того, кто уходит. Тот, кто приходит по собственному желанию, должен соблюдать профессиональную этику айкидо. Те, кто ушли, не нуждаются в нормах поведения. Тенденцией является, не связывать разных учеников, а давать событиям идти своим чередом. Одной из причин является то, что когда создатель создал боевое искусство, первыми учениками были уже повзрослевшие мужчины, которые были полновластными лидерами в своей сфере деятельности. Так как, это были люди с четко акцентированным чувством собственной ответственности и чувством достоинства, им не выдвигалось требований следовать правилам поведения. Создатель не мог принять каждого, он старался вести беседы по отдельности с учениками, и проводил четкий и строгий отбор.
Никакие внешние факторы, не могли оказать влияние на тех, кого он считал своими учениками, и как только человека принимали на обучение, он автоматически зачислялся в систему интенсивных тренировок. Хоть ученики и не следовали определенным этическим правилам, их режим был намного серьезнее, но они принимали это, как дисциплину для занятия айкидо. Затем, когда число учеников начало повышаться, начали появляться требования в правилах поведения в додже. Как-то раз, когда профессиональные ученики пришли к создателю, с этой просьбой, он улыбчиво ответил, что время переменилось, и быстро написал 6 правил, которые отдал ученикам. Эти правила стали известными как профессиональная памятка для обучающихся айкидо.

• Боевое искусство Айкидо выбирает между жизнью и смертью, от одного удара, поэтому любой ученик должен очень внимательно следовать всем правилам, и не вступать в споры.

• Боевое искусство Айкидо представляет собой путь, который обучает одного управляться сразу с несколькими противниками. В результате этого, ученики занимаются тренировками, чтобы быть готовым к любому нападению не только с передней стороны, но и с любой другой, например, сзади.

• Тренировки всегда должны проходить в приятной и комфортной обстановке.

• Учитель, тренирует только азам боевого искусства. Разные возможности его использования должны быть открыты любым ученикам в процессе тренировок.

• На ежедневных тренировках нужно начинать с движений тела, а затем переходить к более профессиональным упражнениям. Не рекомендуется применять слишком много силы, или применять её безосновательно. Если ученик будет следовать этим правилам, то даже в престарелом возрасте не будет травмирован, и сможет заниматься айкидо.

• Цель боевого искусства айкидо заключается в тренировке разума и тела, и в том, чтобы объединить людей общей целью, искренностью и честностью. Любые технические элементы могут передаваться от человека к человеку, поэтому не стоит раскрывать их первому встречному, так как, это может привести к их применению людьми, недостойными айкидо. Так как, это было сказано еще в 1935 году, часть сказанных слов кажется немного архаичной, но основное положение верно и сегодня.

• Для грамотного развития профессиональных навыков в боевом искусстве айкидо ученик должен в строгом понятии следовать тому, чему учит тренер.

• Айкидо может быть усовершенствованным с увеличением защитных навыков от нападений с разных сторон, когда нет открытой части тела.

• Тренировки становятся приятными и могут приносить радостные эмоции, когда боль перестает действовать раздражающе.

• Не стоит ограничивать себя в обучении. Вы должны постоянно экспериментировать, и развивать то, чему вас учат.

• Основной целью айкидо является развитие психологического момента личности. Айкидо не должно использоваться для самовыражения эгоистического настроения.

Эти классические для этого боевого искусства правила, по сей день, соблюдаются в Hombu. Преимущественному числу людей, в особенности нравится 3-й пункт, то есть, то что, тренировки постоянно должны проходить в приятной и комфортной обстановке.